Про где остановиться
В моем детстве была такая олимпиадная задача по математике.
На протяжении жизни вам встретится всего 10 женщин, одна за другой. Встретив первую, вы решаете, годится она вам в жены или нет. Если годится – вы женитесь, и на этом все останавливается. Если нет – то вы ждете встречи со второй женщиной, и т.д. На десятой все остановится в любом случае, но она может оказаться еще менее подходящей, чем девять до нее.
Правильный ответ построен на переборе вероятностей и сравнении случаев хуже/лучше, но я вам его сразу скажу, чтобы вы не мучались. Он такой: если ни одна из двух последовательно встретившихся женщин вам не подходит, то остановиться надо на третьей.
Эту задачку решают не только на олимпиадах по математике, но и в жизни (и в жизни тоже!), и при разработке проектов.
Например, вы работаете над сценарием. Ну, как работаете – написали вот первый драфт.
У сценария не существует единственно верной, а главное, всем известной формы, к которой надо прийти. Никто, по сути, не знает, когда и в каком виде этот сценарий станет «тем самым». Очень может случиться, что ни в каком и никогда.
Поэтому вам дают правки и комментарии к каждому драфту, и вы пишете новый – один, второй, третий. От драфта к драфту вы наблюдаете улучшения – но начиная с какого-то момента правки и комментарии вдруг начинают все ухудшать.
С какого момента? А вот фиг пойми.
То же самое и с другими частями проекта: с кастингом, поиском нужных локаций, дизайном костюмов. Все это можно перебирать до бесконечности в поисках «того самого» – или на чем-то остановиться. И это всегда выбор без правильного ответа в конце учебника.
Режиссеры, особенно начинающие, чаще всего выбирают улучшать все до упора (и немножечко после него). Чем ближе к съемкам, тем больше им кажется, что можно вот тут поправить, вон там улучшить и вот это переписать.
Сценаристы – особенно начинающие – очень скоро встают на дыбы и принимаются этому улучшайзингу сопротивляться. Чем ближе к съемкам, тем больше им кажется, что и так нормально, не надо тут ничего трогать.
А что уж говорить о продюсерах, которые просто хотят подписать, наконец, ту локацию, какая есть, и побежать тушить остальные пожары.
Я по природе своей сценарист. Поэтому, когда я вижу попытки подправить историю перед съемками, я всегда советую студентам остановиться. Но ведь я тоже не знаю, какой вариант оптимален: тот, на котором они остановятся, поддавшись моим уговорам, – или тот, который они бы придумали через два дня.
Как уйти из этого казино вовремя?
А никак.
Решение принять какую-нибудь – любую – составляющую проекта как финальную во многом принимается наудачу. И еще – во имя душевного комфорта тех, кто на этом проекте работает.
Собственно, душевный комфорт и представляется мне важной метрикой, на которую надо здесь ориентироваться.
Ведь почему, например, в стандартном договоре авторского заказа прописаны три варианта сценария (первый, промежуточный и финальный)? На практике «нормальным» считается драфтов десять. На больших и сложных проектах бывает пятнадцать-двадцать. Но в договоре все равно всегда три.
Не то чтоб научно доказано, что после трех драфтов история уже сложилась. Наоборот: в этот момент она почти гарантированно началась – в том смысле, что в ней уже видны основные темы, конфликты, и «про что» она на самом деле. Все остальное в ней нужно еще дорабатывать.
Но вот что важно: дорабатывать эти детали можно и параллельно с остальными процессами производства. А после трех драфтов у сценариста и остальных участников все еще есть на это задор – потому что душевный комфорт еще не страдает.
Вот почему три драфта и три жены (ну хорошо, пять). И вот почему, начиная проект, необходимо поставить себе отсечку: я буду работать над ним не отсюда и до обеда, а отсюда – и до десятого варианта. Потому что дальше я точно выгорю и ничего уже не улучшу.
Тогда, кстати, и улучшайзинг легче планировать по шагам. И решение остановиться уже не кажется пораженчеством: оно тоже ведь часть работы.
А как иначе?
#разработка #производство #сценарий #перебор #распорядок
Oura is raising new funding of $900 million as its valuation reaches nearly $11 billion.
