Осенило - написал

screenspiration @ telegram, 5880 members, 297 posts since 2018

Это заметки о работе сценариста изнутри и снаружи. Их пишу я, Юлия Идлис, автор романа "Гарторикс", сценарист сериала «Фарца», фильма «Бег», игры X-Files: Deep State (по сериалу «Секретные материалы»), и т.д. Хотите поговорить об этом - пишите @arienril.

Posts by tag «прокрастинация»:

screenspiration, April 20, 2023

Про написание сценариев

В работе сценариста есть много моментов, которых лучше бы не было. Например, письмо со срочными правками от редактора в три часа ночи с субботы на воскресенье. Или продюсерское негодующее «вы что, без договора даже заявки не пишете?!». Или выписка со счета ИП с нулевым движением средств за последние полгода.

Но все это не идет ни в какое сравнение с тем моментом, когда сценарист создает новый файл, чтобы начать в нем писать сценарий.

К этому времени история уже многократно придумана, перепридумана и разжевана, а сценарист обложен заметками, черновиками и обязательствами. То есть это, конечно, при условии, что в договоре стоят нормальные сроки на разработку. Потому что в противном случае о черновиках и заметках можно и не мечтать.

Но факт остается фактом: чаще всего, когда дело доходит до первой сцены, сценарист уже знает свою историю. И первую сцену знает. И вторую, и даже третью. Но все равно не в состоянии приступить к ее написанию – и прокрастинирует почем зря. Например, на днях я застала себя за просмотром четвертого «Шрека» на YouTube отрывками по две с половиной минуты – вместо работы над сценарием, который заказчики ждали еще вчера.

(Здесь я сделаю вид, что мои заказчики не читают этот канал. И вы, дорогие заказчики, пожалуйста, притворитесь, что не читаете.)

Самое подлое, что эта прокрастинация не зависит ни от жанра, ни от формата, ни даже от объема будущего сценария. Приступить к написанию короткометражки ничуть не легче, чем к написанию 50-минутной серии или полнометражного фильма.

Почему? Очень просто.

Первый драфт любого сценария – это проверка всего того, что сценарист напридумывал до сих пор. В черновиках, а тем более в голове оно все прекрасно работает – а вот будет ли оно так же работать в мизансценах и диалогах? Хватит ли сценаристу мастерства и таланта, чтобы решить сцену, которая в поэпизоднике обозначена как «Вася и Аня ненавидят друг друга с 1994 года, но, встретившись у ларька, вдруг понимают, что жить друг без друга не могут; 0.5 страницы»? Или, может, сцена эта – говно, сценарий – говно, а сценарист – бездарь, которому уже поздно менять профессию?

С этой профессией, кстати, забавная штука. Вот я всем говорю, что я сценарист. А вчера учитель эстонского на уроке спросил меня: «Так чем же вы все-таки занимаетесь?», – и я зависла.

Как это чем, говорю (разумеется, на эстонском). Пишу, мол! Что конкретно пишу? Ну, всякое. Истории, разработки, концепции, планы, синопсисы, посерийники… Тут я зашла в тупик, потому что небогатый запас эстонских существительных, связанных с тем, что можно писать, у меня иссяк, а до сценариев я так и не добралась. И поняла, что на самом деле сценарии-то я пишу очень редко – по сравнению со всей остальной сюжетно-драматургической писаниной, которой занимаюсь каждый рабочий день.

Если я не работаю над четырьмя проектами одновременно – а такого я стараюсь в своей жизни не допускать, – то работа моя заключается в написании сценариев хорошо если на 10%. Остальные 90% – это заметки, планы и черновики. А иногда этими заметками, планами и черновиками все ограничивается, потому что проект сдулся на этапе девелопмента, и до написания сценария так и не дошло.

Из-за этого всякий раз, как я все-таки начинаю писать сценарий, у меня возникает чувство, что я этого давно не делала и вообще уже разучилась. То есть каждый новый сценарий я в каком-то смысле пишу, как первый. И, конечно, перед этим отчаянно прокрастинирую, потому что писать первый в жизни сценарий, а тем более с договором и для продюсера, очень страшно.

Это звучит нелепо – особенно на десятом году работы в киноиндустрии. И, конечно, от этого новичкового ужаса можно уже избавиться. Но я не спешу; мне кажется, он полезен. Ощущение, что я не умею – разучилась – писать сценарии, помогает мне избегать привычных сценарных ходов и общей профессиональной зашоренности. Я как будто не в курсе, как «принято» решать те или иные сцены, – и это позволяет мне лишний раз подумать над ними, а не разводить мизансцены на чистом автоматизме...

...В общем, отсутствие привычки к сценарной записи позволяет мне сохранять определенную свежесть взгляда. Но, конечно, имеет цену. И даже демотивирует: раз уж я работаю сценаристом, то моя работа – писать сценарии. А на все эти горы необязательной писанины в виде черновых разработок можно вообще забить, их никто не читает толком. Пусть их пишет AI – все равно они никому не нужны…

Да, но нет. Разработки не нужны заказчику (в гробу он их видел, уж если честно!), но они совершенно необходимы мне, сценаристу. Потому что моя работа как раз и заключается в разработке истории – а не в том, чтобы заполнять страницы сценарной «американкой».

Ведь сценарий, который получается в результате, – это маленькая вишенка на огромном торте, который надо запихнуть в себя целиком, прежде чем написать в новом файле заветное «ИЗ ЗТМ».

#разработка #мозг #прокрастинация

screenspiration, January 20, 2022

Про «когда-нибудь потом»

Недавно мы с другом обсуждали, что надо бы ему заняться чем-нибудь творческим. Например, написать роман. Или хотя бы рассказ – для разгона. А потом уже можно и роман.

Друг этот раньше ничего профессионально не писал и сейчас не пишет: он вообще фотограф. А еще он страшно занятой человек с полноценной работой и множеством командировок. «Вот в конце месяца вернусь из командировки, – размышлял он вслух, – в выходные помою, наконец, полы на кухне (я уже месяц их не мыл) – и тогда сяду и напишу рассказ».

Эта благостная картинка – все дела сделаны, никто не дергает, никуда не надо спешить, можно просто сесть и писать в свое удовольствие, – возникает в голове у каждого, кто решает написать что-нибудь существенное. Или в принципе написать что-нибудь впервые в жизни. Или даже необязательно написать, а просто сделать что-то важное и большое, на что нужно время и решимость (например, прочитать 700-страничный труд о радикальном принятии, который купил еще два года назад и с тех пор все время откладывал на выходные).

Проблема в том, что эта картинка не имеет никакого отношения к той жизни, которую мы живем.

Подумайте и ответьте себе – только честно: когда в последний раз у вас было больше двадцати минут свободного времени, чтобы все дела были сделаны, никто вас не дергал, никуда не надо было спешить – и при этом вы не спали ночью в кровати, а сидели в тишине и комфорте за ноутбуком? У меня – ну, наверное, в последних классах школы. Но тогда еще никаких ноутбуков в помине не было.

Если заняться поиском абсолютно свободного времени в своем графике, быстро выяснится, что ни в каком графике взрослого человека такого времени попросту не предусмотрено. Вы спросите: а как же отпуск? Это ведь то самое время, когда все дела сделаны (или благополучно отложены на «после отпуска»), никто не дергает (а кто дергает, идет на хер), и никуда не надо спешить (кроме как занять с утра полотенцем лежак у бассейна). Можно же сесть с ноутбуком на тот самый лежак – и написать хотя бы рассказ.

Не тут-то было. Во-первых, даже если вам кажется, что в отпуске вы ничего не делаете, на самом деле вы заняты тем, что отдыхаете от работы. А писать художественный (да и любой другой) текст – это все-таки работа. Даже если вам за это никто не платит.

Кроме того, уехав в отпуск специально, чтобы там писать, вы обнаружите, что вас все время кто-то дергает (завтрак, синьора; лежак в тени занят, хочешь на солнце? почему рыбки не тонут? а где мы будем ужинать?), все время приходится что-то делать (купаться; ехать на экскурсию; идти на массаж; смотреть статую Шивы – а что мы, зря сюда летели с двумя пересадками и четырьмя ПЦРами?!), и надо спешить (осталось всего шесть дней отпуска, ой, уже пять, ой, нам же улетать завтра вечером).

В общем, написать что-нибудь в отпуске – все равно что отдохнуть в аду. Знаю, некоторые умудряются даже из ада вернуться загорелыми и с магнитиками, но это особая категория людей. Они и в метро могут сценарии писать, и в очереди на прием к врачу. Но мы – все остальные – вынуждены более реалистично подходить к планированию своего рабочего времени. Поэтому, если меня спрашивают, когда лучше начинать писать, я всегда отвечаю одно и то же.

Начинать писать лучше всего прямо сейчас.

Да-да, вот прямо сейчас – когда вы читаете этот пост, а значит, у вас есть время, свободное от основной работы и бытовых дел, если только вы в этот момент параллельно не пылесосите. Хотя если пылесосите, то это даже лучше: значит, вы многозадачный работник умственного труда. Попробуйте написать что-нибудь в метро или в очереди к врачу – уверена, у вас получится...

...Потому что тщательный поиск идеального времени для написания чего-нибудь этакого «когда-нибудь потом» – когда вам дадут отпуск, когда вы помоете полы на кухне, когда у вас будет новый ноутбук, – не что иное, как прокрастинация. Невозможно поставить свою обычную жизнь на паузу до тех пор, пока чистый лист не перестанет пугать до полного ступора, – хотя бы потому, что он, честно говоря, никогда не перестанет. И другого – более свободного, спокойного и подходящего – времени, чтобы писать, никогда не будет.

Так что совет прост: решили что-нибудь написать – садитесь и пишите. А полы на кухне помоете когда-нибудь в выходные. Когда вас никто не будет дергать, и никуда не надо будет спешить.

#график #продуктивность #планирование #прокрастинация

screenspiration, April 08, 2021

Про тоскливое ожидание

Иногда (очень часто) меня спрашивают, как быть, если продюсеры не отвечают на письма. Я обычно советую что-то в диапазоне от однократного приема успокоительного до регулярной поддерживающей психотерапии, – а сама вспоминаю то чувство, с которым открывала рабочую почту, будучи редактором отдела в федеральном еженедельнике. И тихонько думаю, что ведь продюсеры – тоже люди.

Чувство, о котором идет речь, лучше всего описать как тоскливое ожидание. Если точнее – тоскливое ожидание полного кромешного пиздеца. Еще точнее – тоскливое ожидание полного кромешного пиздеца во вложенном файле, присланном очередным внештатником с припиской: «Юля, здравствуйте. Вот текст». (И хорошо еще, если внештатник от волнения не перепутал стоящие рядышком клавиши «Ю» и «Б».)

Всякий раз, открывая рабочую почту и видя такое письмо с текстом, который пришел «самотеком», я заранее расстраивалась, потому что понимала: в 99 случаях из ста этот текст окажется полным говном, а мне придется писать его автору вежливое письмо о том, почему мы никак не можем опубликовать его прекрасную заметку в журнале. И еще, вероятно, исправлять «Б» на «Ю», чтобы не смутить его окончательно.

Правда, бывали и подарки судьбы. Например, один из таких «самотечных» текстов я от безысходности села читать в столовой с телефона – и не смогла встать из-за стола, пока не дочитала его до конца, хотя текст был про судьбу неизвестного мне симфонического оркестра в неизвестном мне городе Петрозаводске. Дочитав текст, я обнаружила, что уже минут двадцать тычу вилкой в стоящую на столе пустую тарелку, поднялась к себе в кабинет и написала автору текста с вопросом, когда она сможет выйти к нам на работу. Сейчас она, кстати, драматург и пишет отличные пьесы.

Но таким был, как правило, один текст из ста. А остальные 99 – сами понимаете.

Потом я пошла учиться в Московскую школу кино, уволилась из редакции и надолго забыла про чувство тоскливого ожидания. Но – тут я напишу страшное – оно вернулось ко мне с прежней силой, как только я стала преподавать сценарное мастерство, то есть регулярно получать и читать свежие драфты студенческих сценариев.

Нет, конечно, здесь соотношение хороших сценариев к тем, которые это тоскливое ожидание оправдывают, все-таки другое. Во многом оно зависит от моих собственных педагогических усилий, так что у меня всегда есть возможность работать еще лучше, если я хочу получать от своих студентов более качественные сценарии.

Но каждый раз, открывая почту, я все-таки внутренне замираю. И – мне кажется – начинаю понимать продюсеров.

Думаю, продюсеры открывают вложенные файлы от сценаристов, особенно незнакомых, с тем же чувством тоскливого ожидания, что и редактор, уставший от самотека. (Кстати, еще и поэтому никогда не пишите в письме, что, мол, сценарист вы начинающий, и сценарий у вас не очень, но уж что вышло, то вышло: этим вы добавляете к тоскливому ожиданию полного пиздеца примерно 146%.)

Еще я думаю, что сроки прочтения сценарных материалов, установленные в договорах, предусматривают не только собственно чтение и анализ сценарного драфта заказчиком, но и несколько суток отчаянной прокрастинации перед тем, как открыть файл с присланным текстом. И не важно, что текст далеко не всегда оказывается говнищем, а часто даже и наоборот. Это чувство – такое же рефлекторное, как тревога, которую многие испытывают, если вдруг раздается телефонный звонок. Никакой позитивный опыт не помогает с ним справиться.

Тут надо написать что-то духоподъемное, чтобы не заканчивать пост на совсем уж трагической ноте. Скажу так: мы, сценаристы, со своей стороны, тоже часто прокрастинируем вместо того, чтобы открывать вложения с «небольшими несущественными правками» к нашим драфтам. Нет, потом, конечно, все-таки открываем – но с тем самым тоскливым ожиданием полного кромешного пиздеца.

И таки что вы думаете? В 99 случаях из ста это ожидание оправдывается!

#правки #прокрастинация #студенты

older first