Про душ из говна

Один мой коллега и друг, эстонский пишущий режиссер, как-то признался, что перед первым съемочным днем никогда не может уснуть – от страха.

Страшно всегда. Даже если ты сто раз опытный. Даже если сценарий у тебя классный, актеры крутые, продюсер – звезда, все готово, налажено и отрепетировано.

Точнее всего этот страх формулируется так: «Will I be loved?» («Будут ли меня любить?»). Именно этот вопрос крутит в себе подсознание режиссера, пока он ворочается в холодном поту, представляя свой завтрашний выход на съемочную площадку. Вот он выходит к своей киногруппе и говорит, что делать, такой красивый, со всеми своими художественными решениями и единоличной ответственностью за их результат, – а дальше?

Что, если все его художественные решения – говно на палке? Ответственность-то за них реальная, и она наступит! Все будут показывать пальцем и говорить: вот эта хрень тут не просто так – режиссер на ней настоял, хотя ежу было понятно, что так работать не будет. Но ежа не послушали, потому что с ежа спрос какой? А режиссер у нас гений, и он так видит.

Это оборотная сторона творческой смелости и умения (или даже просто желания) настаивать на своем. Все мы бывали на месте того ежа: кто-то нам что-то советует – дает фидбэк, вносит правки, просит переписать, – а мы не согласны, но все равно делаем, что велели, из ощущения, что контрагенту видней – в силу статуса, возраста, профессии или еще чего-то.

И главный вопрос, который, увы, редко приходит в голову, – а почему, собственно, этому человеку должно быть видней? История-то моя!

Иногда, впрочем, ему/ей и правда видней. Например, он/а старше, опытней и талантливей. Но в нашей творческой области, где ни на что нет единственно верного ответа, ничто из вышеперечисленного не гарантирует, что чужое видение окажется лучше и удачнее моего.

Однако кое-что гарантированное тут все же есть. И это – перенос ответственности.

«Это он/а посоветовал/а мне, и я сделала, а в результате получилась полная хрень». Подразумевается, что мое-то исконное произведение было [бы] безупречным – но вмешались дебильные третьи лица. Они во всем виноваты. Это не я идиот, это кто-то испортил мою гениальную идею. И тот душ из говна, который я получаю на выходе, кто-то со мной разделяет – хотя бы в моей собственной голове.

Советчики, соавторы и заказчики, переписывающие мой сценарий, – особенно те, кто делает это плохо, – берут на себя часть говенного душа, который без них достался бы мне одной. В этом их святое предназначение – и причина того, что я следую их советам и вношу их правки вопреки голосу собственного разума.

Но вот в чем штука: в нашей профессии душ из говна гарантирован любому из нас в любом случае. Будь ты хоть сто раз гений, а твой проект – блестящим и безупречным.

Взять вот хоть «Одиссею» Кристофера Нолана.

Тут можно много спорить о вкусах. Кому-то не нравятся фильмы Нолана, а кто-то (как я) его нежно любит. Но нельзя отрицать факты.

Чувак получил сумасшедший бюджет в 250 миллионов долларов. (Если вы думаете, что это легко, попробуйте получить столько денег под адаптацию поэмы, переведенной с древнегреческого, и послушайте, что вам скажут.) Он написал сценарий и снял по нему трехчасовое кино. (И ему, в отличие от всех нас, никто не сказал: «Вырезай полтора часа, иначе в прокат не пустим». Или даже сказали, но он не вырезал – и вот его трехчасовой фильм в прокате.) Он заказал реконструкцию древнегреческих инструментов для саундтрека. (Послушайте, что вам скажет на это любой звукорежиссер, которого вы наймете. Просто послушайте.) И в результате выпустил фильм, который собрал сумасшедшие 282 миллиона долларов в первый уикэнд проката. Фильм, про который уже только ленивый не написал.

Это успех. Безусловный, безоговорочный. Но почитайте, что пишут про Нолана в соцсетях.

Это даже не душ из говна – это Ниагарские водопады...

...Мог ли Кристофер Нолан избежать их? А вернее, перенаправить на консультанта, редактора или продюсера из Universal Pictures, который (я просто уверена) в какой-то момент отчаянно блеял: давайте сделаем полтора часа экшна про войнушку, и пусть Елену Прекрасную сыграет итальянская топ-модель, желательно топлесс?

Да, мог. Но тогда был бы просто легкий душ из говна – без вот этого ошеломительного успеха.

#ChristopherNolan #TheOdyssey #успех #фидбэк #ответственность@screenspiration

Про разделенную ответственность

Даже в юности я не могла спокойно смотреть на то, как едят дети. Все эти «не хочу пасту с курицей, я съел две малинки и пельмешку из морозилки, не буду суп и котлеты, у меня есть три мармеладных мишки, я наелся, чипсы с мороженкой – и играть».

Потом у нас с мужем родился сын, начался прикорм – и я полезла на стенку.

Отвлечь погремушкой, чтобы сунуть в открытый рот ложку с тыквой. Включить музыку, чтобы не выплевывал кашу сразу. Показать мультик, чтобы доел тефтельку. Когда семейный врач дал мне табличку, где было написано, что в этом возрасте ребенок должен съедать 70 граммов мяса, 50 граммов рыбы, 150 граммов творога и 350 граммов зеленых овощей в день, я впала в отчаяние.

Слава богу, наш педиатр придерживается другой концепции. А именно – так называемой «разделенной ответственности». Родители отвечают за то, когда поставить на стол тарелку с едой и что на нее положить. А ребенок – за то, сколько съесть из этой тарелки и чего именно.

Недавно я поняла, что эта концепция работает и в сценаристике. Конкретно – на этапе девелопмента.

Раньше, читая студентам лекции о фидбэке, я говорила: понять комментарии заказчика/режиссера – исключительно ваша ответственность. Равно как и превратить их в задачи, которые вы сможете выполнить.

Но что, если заказчик, а тем более режиссер, не может объяснить свои комментарии? Ну, не умеет. Не знает, как пользоваться словами, и вместо этого оперирует смутными ощущениями, мимикой и междометиями. Не смейтесь; такое случается сплошь и рядом. В конце концов, режиссер, как известно, мыслит образами, а заказчик – цифрами сметы; слова – это вотчина сценариста. Да и то, если честно, не всякого.

Раньше я говорила: задавайте вопросы заказчику/режиссеру до тех пор, пока вам не станет все ясно. Добиться внятных ответов – ваша задача и опять-таки ваша ответственность.

И студенты задавали вопросы – что называется, до победного. «Как понимать этот ваш комментарий? А этот? А этот? А этот?»

Знаете, что бывает, когда задаешь вопрос за вопросом человеку, который не может на них ответить? Правильно: он чувствует себя загнанным в угол и защищается. То есть в случае заказчика/режиссера – переходит на личности и шлет сценариста нахуй. Или – в рамках метафоры, предложенной в начале этого поста, – выплевывает котлетку и тянется за мармеладным мишкой.

Так что теперь я думаю, что добиться внятности – это взаимная ответственность заказчика и сценариста. Верней, разделенная.

У сценариста есть задача понять, что ему говорят. Для этого он должен не просто задавать как можно больше вопросов, но и формулировать эти вопросы так, чтобы вторая сторона могла их осознать (и не оскорбиться). То есть – не повторять «что вы этим хотите сказать?», а переформулировать свой вопрос так, чтобы на него было легко ответить.

Но у заказчика/режиссера есть симметричная задача – объяснить сценаристу, что он имеет в виду. А не просто выгрузить ему в мозг комментарии в расчете на то, что сценарист сам уж как-нибудь разберется. То есть – не повторять «я так чувствую», а привести хотя бы пример. Или даже несколько.

Да, не всякий сценарист способен подумать о собеседнике и сформулировать внятный вопрос. И не всякий заказчик, а тем более режиссер способен проанализировать свое смутное ощущение и превратить его в ТЗ для автора.

Но если оба участника диалога принимают на себя ответственность за его исход, они могут попробовать не предъявлять друг другу претензии, а сосредоточиться на себе – на самоанализе и выборе формулировок. И, глядишь, чего-нибудь прояснить.

Например – что котлетку надо порезать на четвертинки. И тогда ребенок спокойно съест ее сам – вместе с мармеладными мишками.

#заказчик #коммуникация #фидбэк #материнство@screenspiration

Про как давать фидбэк

В прошлом посте я написала о том, что фидбэк бесконечно важен. Но вдруг поняла, что не написала о том, как этот самый фидбэк давать. А это мало кто умеет делать так, чтобы получателю фидбэка не захотелось безотлагательно повеситься.

Опытные работники творческих сфер в этом месте сразу вспоминают знаменитый американский shit sandwich, он же «бутерброд из говна». О структуре этого бутерброда я писала в посте «Про похвалы» от 26 декабря 2018 года (t.me/screenspiration/21). Если коротко, передавая собеседнику «бутерброд из говна», нужно его, собеседника, вначале похвалить, потом поругать, а в конце похвалить еще раз.

Казалось бы, вот оно: бери этот самый бутерброд и заворачивай в него любой фидбэк. Чего тут сложного?

Но вот проблема: те, кто выдает фидбэк по этой модели, концентрируются на том, что бутерброд, который они передают получателю, – это именно бутерброд из говна. То есть говно-то в нем и есть самое главное. Проще говоря, полноценный фидбэк непременно критический, и цель его – рассказать получателю, что в его работе не так.

Именно поэтому в условиях рабочего аврала в русском варианте этого бутерброда почти не остается, собственно, «хлеба». Мы как-то привыкли, что говно гораздо важнее. И чем его больше, тем меньше времени и ресурса на «хлеб».

Но это не так. На самом деле цель фидбэка – не поругать, например, сценарий, который вы получили. А сделать его лучше. И все, что не способствует достижению этой цели, из фидбэка надо убирать.

Очень полезное упражнение – при обдумывании фидбэка спрашивать себя про каждую фразу, которую вы намереваетесь произнести или написать: «Как эта фраза поможет автору сделать этот сценарий лучше?». Кстати, именно поэтому перед тем, как давать фидбэк, его надо обдумать – хотя бы пару часов, а лучше день-два.

Попробуйте на досуге – уверяю, вас ждут сюрпризы и невероятные открытия. Например, вы вдруг поймете, что вопросы вида «Вы называете вот это твистом?!» помогают вам слить аффект от прочтения плохого драфта, но совершенно не помогают автору написать следующий драфт лучше.

Общее правило такое: фидбэк – не для демонстрации ума и профессионализма того, кто его дает. А для помощи тому, кто его получает. Поэтому в идеале тот, кто дает фидбэк, не только прочитал и проанализировал обсуждаемое произведение, но и знает кое-что о его авторе. Например – как этот автор работает и что мотивирует конкретно его.

Конечно, не всегда есть время и возможность настолько хорошо изучить автора, с которым приходится работать. Но тут есть простой лайфхак: 99% людей на Земле мотивирует обычная похвала. Всем нравится чувствовать себя молодцами и профессионалами хоть в чем-нибудь, а не идиотами с полной панамкой говна из чужого бутерброда.

И последнее. Настоящий (то есть эффективный и полезный) фидбэк требует времени и сил. Напишу еще раз, чтобы все запомнили: фидбэк требует времени и сил. Смиритесь с этим и научитесь закладывать это время и силы в свой рабочий график (а в идеале – и в ваш с автором общий рабочий график тоже).

Нет, у вас не получится выдать нормальный фидбэк по телефону из такси домой – даже не надейтесь. Да, фидбэк обязательно надо структурировать и записывать, потому что это помогает прояснить ваши собственные мысли по поводу прочитанного. И да, похвала – существенная часть фидбэка, а не «хлеб», который непонятно зачем нашлепывают на кучу говна перед тем, как передать все это собеседнику.

Ведь если вы не нашли в обсуждаемом произведении ровным счетом ничего хорошего, вряд ли вам удастся его улучшить. А аффект лучше сливать в тренажерном зале или в кабинете у психотерапевта, а не в почте или в переговорке с автором. Причем лучше и для работы, и для вашего же душевного здоровья.

#фидбэк #коммуникация